Коротко: «Азиатская модель управления» Джо Стадвелла — книга, обязательная для прочтения теми, кто хоть сколько-нибудь хочет разбираться в эффективной макро- и микроэкономике. В первую очередь рекомендуется профессиональным революционерам, которые научились правильно ставить ударение в сложных экономических терминах, но пока еще не понимают их механизм.

Перед тем как состряпать свою нетленку, главред журнала China Economic Quarterly около 20 лет с Leica и блокнотом скитался по Азии. Между чайными церемониями и ушу, журналист изучил и проинтуичил многие вещи, которые малознакомы кухонным экспертам по всем вопросам. Стадвелл попытался ответить на вопрос, как разным странам Азии удалось в развитии шагнуть дальше, чем их белым братьям из Европы, а особенно из Восточной Европы. Несмотря на принадлежность к журналистскому табору Стадвеллу удалось достаточно глубоко разобраться в рецептах успеха Японии, Южной Кореи, Тайваня и Китая.

Бред Большого Брата

Уже в начале своей монографии Стадвелл наносит разрушительный удар по няма-мирку тех, кто считает демократии синонимом эффективной экономики. Стадвелл не стесняется: Всемирный банк, Международный валютный фонд и Министерство финансов США могли очень легко перейти черту и в своих отчетах сказать, мягко говоря, неправду. Все бы ничего, но куча народа в концепцию государственного невмешательства в экономику уверовала еще в 1990-х.

Всемирный банк, Международный валютный фонд и Министерство финансов США могли очень легко перейти черту и сказать, мягко говоря, неправду

От Индонезии до Украины.

Итог очевиден. Экономики стран Юго-Восточной Азии (таких как Малайзия, Индонезия и Таиланд), поверивших вышеуказанным советникам, сейчас уже достаточно сильно отличаются от экономик Восточной Азии (Япония, Южная Корея, Китай и Тайвань). Если у первых динамика экономического развития постоянно снижается, то у вторых она растет.

Стадвелл объясняет это просто, в духе старинной пословицы: «Делай не то, что говорят немцы, а то, что они делают». Первая группа, вместо того чтобы после Второй мировой войны провести радикальные реформы в промышленности и сельском хозяйстве за закрытыми границами, сделала все наоборот — и открыла свой финансовый сектор. Это привело к росту количества банков, контролируемых семейными кланами. Главной функцией таких банков было финансирование аффилированных с ними семейных компаний. Разумеется, до ориентированных на экспорт компаний этим банкирам дела не было. В итоге инвестиционный отклик был минимальным. Стадвелл уточняет, что такое же повторилось в постсоветской России (и в Украине тоже. — Авт.).

«Делай не то, что говорят немцы, а то, что они делают»

Вторая группа азиатских стран не поверила соросам и госдепам и занялась перестройкой промышленности и агросектора. Самым значительным явлением в АПК стала земельная реформа, в промышленности же старались вырастить конкурентоспособные компании и поддержать их выход на экспорт. Все это происходило под тотальным государственным контролем и с изрядной долей протекционизма. Отдельное внимание в этих странах уделяли экспортной дисциплине производителей. Выход на внешние рынки поддерживался активным кредитованием производителей. При этом для получения такого кредита компании должны были предъявить уже заключенные экспортные контракты.

ПТУ — не приговор

Еще один момент, который повлиял на судьбы разных стран и в разное время, — образование. Здесь интересно сравнение Стадвелла подходов к образованию. Страны Юго-Восточной Азии переняли англосаксонскую традицию и больше сосредоточились на обучению гуманитарным дисциплинам и «чистой» науке. Страны же Восточной Азии подчинили свой образовательный процесс обучению профессиям, спрос на которые диктует рынок.

Иллюстрация автора до боли знакома каждому украинцу. Когда в СССР (а теперь и в странах бывшего Советского Союза) штамповали инженеров, экономистов, юристов и журналистов, в Японии, Южной Корее, на Тайване и в Китае вкладывали в обучение технологов для обрабатывающей промышленности. С оглядкой на международные тренды. В итоге их спецы из местных ПТУ оказались нужнее теоретиков с постсоветских физтехов и физматов.

Китайская грамота

По-моему, это одна из самых интересных, хоть и неоднозначных, глав в книге. Как и всякий провокатор, работающий на Путина, Стадвелл начинает с осторожной дефлорации няма-мирка демократов — Южная Корея и Тайвань стали успешными во многом благодаря военной диктатуре Пак Чон Хи и Чан Кайши. Первый, к примеру, арестовал ряд крупнейших предпринимателей и повторно национализировал банковскую систему страны, а второй сначала запретил всяких оппозиционеров, а потом провел ряд удивительно изящных реформ. В частности, земля была выкуплена у помещиков и передана крестьянам. Компенсацию за утраченные земли помещики получали акциями государственных предприятий. Так аграрная реформа была совмещена с приватизацией. «Я вас заставлю родину любить», — такая надпись красуется на мавзолее Чан Кайши на площади Свободы в центре Тайбэя.

Но это не точно.

Еще одна ремарка Стадвелла о Китае. В КНР до сих пор все судебные решения принимаются не в формальных судах, а в Центральной комиссии Коммунистической партии Китая. Однако такая подмена демократических институтов не мешает Китаю бурно развиваться. Вывод зреет сам собой: не важно, какой строй в стране, главное — насколько о стране думает ее элита. Пусть даже одетая в армейские френчи. Наверное, именно поэтому с каждой волной демократизации в Украине становится только хуже. Круговорот вороватых патрициев результата не меняет. Там, где украинский демократ крадет, китайский комми — помнит о стране.

Там, где украинский демократ крадет, китайский комми — помнит о стране

Агент Вольф

Но есть, конечно же, в книге подарок для всех тех, кто верит, что Иисус родился подо Львовом. Зовут пророка Вольф Ладежинский. В книге ему отведено достаточно много места. Но отнюдь не потому, что натурализированный американец родился в Украине и «дуже любить неньку, хоч і живе все життя в Торонто».

Заслуга в другом.

Ладежинский — это оружие массового поражения для коммунистов в Азии. Его задание — разработка пакета земельных реформ. Ладежинскому было с кого брать пример: перед тем как сбежать из революционного Киева он стал свидетелем изящного приема коммунистов по завоеванию народных симпатий. До того как загнать людей в колхозы и гулаги, коммунисты устроили показательную раздачу земель под небольшие сельхозартели. Реализация тезиса «Земля крестьянам», хоть даже и временно, но зашла на ура.

После Второй мировой войны Вольф Ладежинский фактически стал главным советником правительства США в Азии. В 1945 году он отбыл в Японию, где через год с его подачи (и с помощью местных политиков) был принят законопроект о перераспределении земли. Главной идеей Ладежинского было раздать каждому фермерскому хозяйству по 3 га и так активировать сельскохозяйственное производство. В итоге с 1955 по 1970 годы сельхозпроизводство в Японии росло на 3% в год. В 1955 году японскую модель удачно перенесли в Южную Корею и на Тайвань.

Вердикт

«Азиатская модель управления» Джо Стадвелла — один из самых информативных нон-фикшн-учебников, которые мне встречались. Ни капли иррационального, а все парадоксальное имеет широкую доказательную базу.

Явный плюс — хорошая литературная подача и удачное оформление самой книги, которая в 2017 году вышла в «Альпина Паблишер». Редкий случай, когда название соответствует содержанию, а автор не соответствует привычному для многих журналистов поверхностному отношению.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.