Коротко: «Азиатская модель управления» Джо Стадвелла — книга, обязательная для прочтения теми, кто хоть сколько-нибудь хочет разбираться в эффективной макро- и микроэкономике. В первую очередь рекомендуется профессиональным революционерам, которые научились правильно ставить ударение в сложных экономических терминах, но пока еще не понимают их механизм.

Перед тем как состряпать свою нетленку, главред журнала China Economic Quarterly около 20 лет с Leica и блокнотом скитался по Азии. Между чайными церемониями и ушу, журналист изучил и проинтуичил многие вещи, которые малознакомы кухонным экспертам по всем вопросам. Стадвелл попытался ответить на вопрос, как разным странам Азии удалось в развитии шагнуть дальше, чем их белым братьям из Европы, а особенно из Восточной Европы. Несмотря на принадлежность к журналистскому табору Стадвеллу удалось достаточно глубоко разобраться в рецептах успеха Японии, Южной Кореи, Тайваня и Китая.

Бред Большого Брата

Уже в начале своей монографии Стадвелл наносит разрушительный удар по няма-мирку тех, кто считает демократии синонимом эффективной экономики. Стадвелл не стесняется: Всемирный банк, Международный валютный фонд и Министерство финансов США могли очень легко перейти черту и в своих отчетах сказать, мягко говоря, неправду. Все бы ничего, но куча народа в концепцию государственного невмешательства в экономику уверовала еще в 1990-х.

Всемирный банк, Международный валютный фонд и Министерство финансов США могли очень легко перейти черту и сказать, мягко говоря, неправду

От Индонезии до Украины.

Итог очевиден. Экономики стран Юго-Восточной Азии (таких как Малайзия, Индонезия и Таиланд), поверивших вышеуказанным советникам, сейчас уже достаточно сильно отличаются от экономик Восточной Азии (Япония, Южная Корея, Китай и Тайвань). Если у первых динамика экономического развития постоянно снижается, то у вторых она растет.

Стадвелл объясняет это просто, в духе старинной пословицы: «Делай не то, что говорят немцы, а то, что они делают». Первая группа, вместо того чтобы после Второй мировой войны провести радикальные реформы в промышленности и сельском хозяйстве за закрытыми границами, сделала все наоборот — и открыла свой финансовый сектор. Это привело к росту количества банков, контролируемых семейными кланами. Главной функцией таких банков было финансирование аффилированных с ними семейных компаний. Разумеется, до ориентированных на экспорт компаний этим банкирам дела не было. В итоге инвестиционный отклик был минимальным. Стадвелл уточняет, что такое же повторилось в постсоветской России (и в Украине тоже. — Авт.).

«Делай не то, что говорят немцы, а то, что они делают»

Вторая группа азиатских стран не поверила соросам и госдепам и занялась перестройкой промышленности и агросектора. Самым значительным явлением в АПК стала земельная реформа, в промышленности же старались вырастить конкурентоспособные компании и поддержать их выход на экспорт. Все это происходило под тотальным государственным контролем и с изрядной долей протекционизма. Отдельное внимание в этих странах уделяли экспортной дисциплине производителей. Выход на внешние рынки поддерживался активным кредитованием производителей. При этом для получения такого кредита компании должны были предъявить уже заключенные экспортные контракты.

ПТУ — не приговор

Еще один момент, который повлиял на судьбы разных стран и в разное время, — образование. Здесь интересно сравнение Стадвелла подходов к образованию. Страны Юго-Восточной Азии переняли англосаксонскую традицию и больше сосредоточились на обучению гуманитарным дисциплинам и «чистой» науке. Страны же Восточной Азии подчинили свой образовательный процесс обучению профессиям, спрос на которые диктует рынок.

Иллюстрация автора до боли знакома каждому украинцу. Когда в СССР (а теперь и в странах бывшего Советского Союза) штамповали инженеров, экономистов, юристов и журналистов, в Японии, Южной Корее, на Тайване и в Китае вкладывали в обучение технологов для обрабатывающей промышленности. С оглядкой на международные тренды. В итоге их спецы из местных ПТУ оказались нужнее теоретиков с постсоветских физтехов и физматов.

Китайская грамота

По-моему, это одна из самых интересных, хоть и неоднозначных, глав в книге. Как и всякий провокатор, работающий на Путина, Стадвелл начинает с осторожной дефлорации няма-мирка демократов — Южная Корея и Тайвань стали успешными во многом благодаря военной диктатуре Пак Чон Хи и Чан Кайши. Первый, к примеру, арестовал ряд крупнейших предпринимателей и повторно национализировал банковскую систему страны, а второй сначала запретил всяких оппозиционеров, а потом провел ряд удивительно изящных реформ. В частности, земля была выкуплена у помещиков и передана крестьянам. Компенсацию за утраченные земли помещики получали акциями государственных предприятий. Так аграрная реформа была совмещена с приватизацией. «Я вас заставлю родину любить», — такая надпись красуется на мавзолее Чан Кайши на площади Свободы в центре Тайбэя.

Но это не точно.

Еще одна ремарка Стадвелла о Китае. В КНР до сих пор все судебные решения принимаются не в формальных судах, а в Центральной комиссии Коммунистической партии Китая. Однако такая подмена демократических институтов не мешает Китаю бурно развиваться. Вывод зреет сам собой: не важно, какой строй в стране, главное — насколько о стране думает ее элита. Пусть даже одетая в армейские френчи. Наверное, именно поэтому с каждой волной демократизации в Украине становится только хуже. Круговорот вороватых патрициев результата не меняет. Там, где украинский демократ крадет, китайский комми — помнит о стране.

Там, где украинский демократ крадет, китайский комми — помнит о стране

Агент Вольф

Но есть, конечно же, в книге подарок для всех тех, кто верит, что Иисус родился подо Львовом. Зовут пророка Вольф Ладежинский. В книге ему отведено достаточно много места. Но отнюдь не потому, что натурализированный американец родился в Украине и «дуже любить неньку, хоч і живе все життя в Торонто».

Заслуга в другом.

Ладежинский — это оружие массового поражения для коммунистов в Азии. Его задание — разработка пакета земельных реформ. Ладежинскому было с кого брать пример: перед тем как сбежать из революционного Киева он стал свидетелем изящного приема коммунистов по завоеванию народных симпатий. До того как загнать людей в колхозы и гулаги, коммунисты устроили показательную раздачу земель под небольшие сельхозартели. Реализация тезиса «Земля крестьянам», хоть даже и временно, но зашла на ура.

После Второй мировой войны Вольф Ладежинский фактически стал главным советником правительства США в Азии. В 1945 году он отбыл в Японию, где через год с его подачи (и с помощью местных политиков) был принят законопроект о перераспределении земли. Главной идеей Ладежинского было раздать каждому фермерскому хозяйству по 3 га и так активировать сельскохозяйственное производство. В итоге с 1955 по 1970 годы сельхозпроизводство в Японии росло на 3% в год. В 1955 году японскую модель удачно перенесли в Южную Корею и на Тайвань.

Вердикт

«Азиатская модель управления» Джо Стадвелла — один из самых информативных нон-фикшн-учебников, которые мне встречались. Ни капли иррационального, а все парадоксальное имеет широкую доказательную базу.

Явный плюс — хорошая литературная подача и удачное оформление самой книги, которая в 2017 году вышла в «Альпина Паблишер». Редкий случай, когда название соответствует содержанию, а автор не соответствует привычному для многих журналистов поверхностному отношению.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.