«Не читайте первый, читайте второй», — поделился со мной своим порядком ознакомления с трехтомной нетленкой Юваля Ноя Харари Василий Хмельницкий, основатель UFuture Investment Group. Так во время последнего интервью для Leadership Journey он ответил на наш традиционный вопрос — какая книга зашла ему больше всего и почему.

Теперь жалею, что сразу не поверил опытному человеку. Я прочитал сначала первый том — «Sapiens. Краткая история человечества», а потом сразу третий — «21 урок для 21 века», чтобы успеть с рецензией украинского издания. Впрочем, даже такой замысловатый алгоритм оказался не напрасным. За вторую книгу Харари — «Homo Deus. Краткая история будущего» — я уже брался с четким пониманием, что это «отдельностоящая» работа, даже если она идет в условной трилогии.

Итак, первое.

Все 576 страниц монографии еврейского историка заходят прямо в мозг, минуя сетчатку. Затягивает его интеллектуальный стеб над современным человечеством, над ценностями, которые кажутся электорату непреходящими, но на самом деле являются выдуманными им самим мифами.

Все 576 страниц монографии еврейского историка заходят прямо в мозг, минуя сетчатку

Метафоричность израильского историка-медиевиста растет с каждой новой книгой. Если в первой из них себе подобных он называл зарвавшимися обезьянами, то в Homo Deus он сравнивает соплеменников с лабораторными крысами, которые готовы замыкать электроды в своих мозгах для получения удовольствия вплоть до своей физической смерти. По сути, очищенный от всяких социальных ярлыков человек в книгах Харари предстает объектом, замершим в затяжном, но легко предсказуемом прыжке из вагины в могилу. Не спасают ни технологии будущего, ни уроки прошлого.

«Мы мечемся в поисках еды и партнера, спеша избавиться от гнетущего чувства голода и насладиться деликатесами и оргазмами. Но удовольствие от еды и оргазмов быстро проходит, и если мы хотим наслаждаться опять, то должны снова искать еду и партнера», — иллюстрирует крысиную сущность сапиенсов Харари.

И, кстати, сравнение с милыми грызунами не самое худшее. Особенно если проследить, с чего человечество стартовало, как изо всех сил гробило себя и планету и чем это все обернется в будущем.

Чума стала первой суперболезнью, которую победила суперообезьяна

Да, человек уже не ищет блох в голове ближайшего соседа. И даже когда укус этой блохи заразит половину европейцев бубонной чумой, люди выживут. Пока оглушенное массовым мором большинство будет молиться в часовнях, прозревшее меньшинство включит мозг и придумает панацею и этому «божьему гневу».

Человек победит самые страшные болезни прошлого и вплотную приблизится к победе над самыми современными недугами — такими как СПИД и рак. После этого останется только одно — вылечить смерть.

Бессмертие, говорит Харари, это та заветная точка отсчета, в которую хотят вонзить свой флаг ученые со всего мира. И это уже не кажется бредом сумасшедших профессоров — бессмертие становится интересным проектом для мирового бизнеса. Крупнейшие корпорации, к примеру Alphabet Inc, владеющая Google, активно вкладывают в разработку «эликсира бессмертия». Эликсира бессмертия, что бы это ни значило.

Однако бессмертные люди не станут лучше. Даже приближение к черте неумирания в будущем окунет цивилизацию в новую бренность бытия. Как только человеки научатся беспроблемно менять себе загубленные разгулом демократии органы и так увеличивать свой срок жизни, они начнут лишать этой жизни других.

бессмертные люди не станут лучше

Изменится не только мир политики и экономики, но и сама этика существования. Вы же не думаете, что фактически бессмертного человека можно напугать христианским адом с котлами и чертями или вдохновить мусульманским раем с вечно молодыми девственницами и тенистыми садами. Отсутствие всякой духовной основы для хоть какого-нибудь снисхождения приведет к дикому росту дискриминации между первыми бессмертными и плебсом.

«Когда биотехнологии, нанотехнологии и прочие плоды учености созреют, Homo Sapiens обретет сверхчеловеческие, божественные способности и, совершив полный круг, вернется к библейскому древу познания. Доисторические охотники-собиратели были просто одним из видов животных. Аграрии полагали себя венцом творения. Ученые «доработают» нас до богов», — пишет преподобный Харари в своем новом талмуде.

Интересно, знал ли Джеймс Кэмерон, когда писал сценарий своего «Терминатора», что его смелая мысль о парне со стальными тестикулами получит продолжение в перспективных разработках во многих странах мира? Приблизительно одновременно с получением человеком фактического бессмертия (2050–2100 годы) кибернетические механизмы, которые используются человеком уже сейчас, заменит искусственный интеллект, принимающий решения самостоятельно. Чу! Где-то в темноте спальных районов постапокалиптической Борщаги в люльке заплакала маленькая Сара Коннор.

Где-то в темноте спальных районов постапокалиптической Борщаги в люльке заплакала маленькая Сара Коннор.

«Более смелый подход начисто исключает органику, его цель — сконструировать полностью неорганическое существо. Нейронные сети будут заменены умным «софтом», не скованным органической химией и способным свободно ориентироваться как в виртуальном, так и в невиртуальном пространстве», — продолжает раскачивать лодку автор Homo Deus.

Кровь в веганских бифштексах в Beyond Meat заменяют свекольным соком

Кстати, тектонические сдвиги уже можно увидеть невооруженным взглядом. Новое поколение диктует свои условия старому бизнесу. В номере The Economist «Мир в 2019» есть клевая иллюстрация футуристических перверсий. В 2017 году монстр мясопроизводства Tyson Foods приобрел 5% компании Beyond Meat, которая снабжает вегетарианскими котлетами сеть ресторанов Friday’s. Оцените красоту игры: кровь в веганских бифштексах в Beyond Meat заменяют свекольным соком. Сок вместо крови, Карл! То есть с самой формой окровавленного мяса все ок :-). Да, не хотел бы я оказаться один на один с такими «true-веганами» где-то в пустынных Олешковских песках.

Новое поколение диктует свои условия старому бизнесу

В Homo Deus автор активно использует язык собственной вселенной. Основные заморочки общественной парадигмы — от денег до семейных отношений — Харари объясняет тем, что человек не перестает генерировать огромное количество мифов.

«Мы видим, что и само «я» — это тоже нечто воображаемое, так же как боги, нации и деньги. В каждом из нас есть чрезвычайно сложная система, которая из всех наших переживаний оставляет всего несколько образчиков, смешивает их с обрывками виденных нами фильмов, прочитанных романов, услышанных речей и доставивших наслаждение фантазий, и переплавляет весь этот сумбур в кажущуюся связной историю о том, кто я, откуда пришел и куда направляюсь. Эта история говорит мне, что любить, кого ненавидеть и что делать с собой. Она даже может заставить меня пожертвовать своей жизнью, если того потребует сюжет. У каждого из нас свой жанр. Кто-то проживает свою жизнь как трагедию, кто-то живет в бесконечной религиозной мистерии, кто-то играет свою роль в боевике, а кто-то, и таких немало, разыгрывает комедию. Но в конечном счете все люди — просто истории».

Система будет ценить упрощенных людей

Мутация человека в новых условиях уже давно отрепетирована в павильонах Голливуда. Сначала люди изобретают искусственный интеллект, который потом переизобретает самого человека. Харари пишет о том, что техногуманизм может радикально упростить человека и его роль. Система будет ценить упрощенных людей не за какие-то таланты, а как раз за отсутствие у них ненужных ей в новых условиях качеств. Наиболее востребованными станут отлично обученные люди-винтики, которые коммуницируют, передают и обрабатывают данные с беспрецедентной эффективностью. Ни грез, ни страхов, ни сомнений.

«Миллионы лет мы были усовершенствованными шимпанзе. А можем стать сильно увеличенными муравьями»

Новый мир будет понятен не всем, но найдутся и те, кто оценит его красоту. «Мама, могла бы ты мне записать сказку на ночь прямо в «заднюю горячую зону» (часть мозга, отвечающая за сновидения. — Ред.)», — попросит свою родительницу маленький гражданин нового мира. А влюбленные будут признаваться в любви на асфальте поэтичным бинарным кодом. Воистину — красота в глазах (и, может, даже в искусственных! — Ред.) смотрящего.

Новый мир будет понятен не всем, но найдутся и те, кто оценит его красоту

Единственной религией землян станет Вера в данные — датаизм. Прихожанами новой церкви станет каждый из нас — живых организмов на планете. Ноутбук или смартфон, с экранов которых вы читаете этот текст, в мире будущего нам почти родственник, ибо человеки (как, впрочем, и другие организмы) являются алгоритмами, а жизнь — это миллиарды операций по обработке данных.

«Наука объединяется вокруг всеобъемлющей догмы, которая утверждает, что организмы — это алгоритмы, и что жизнь является обработкой данных, — заключает Харари. — Лишенные сознания, но высокоразвитые алгоритмы вскоре могут знать нас лучше, чем знаем себя мы сами».

Как и всякая религия, датаизм вполне пригоден и для религиозных воен. Харари уверен, что самым разрушительным оружием будущего станет логическое оружие. То оружие, которое будет нарушать отлаженный киберпорядок в отдельно взятой стране.

«В недалекой перспективе такие страны, как Северная Корея или Иран, смогут с помощью логических бомб отключать электричество в Калифорнии, взрывать нефтеперерабатывающие заводы в Техасе и вызывать столкновения поездов в Мичигане. (Логическая бомба — это вредоносная компьютерная программа, запускаемая дистанционно. Вполне вероятно, что компьютерные сети, контролирующие работу жизненно важных инфраструктур в США и многих других странах, уже напичканы такими программами.)», — говорит Харари.

Эта книга — хорошая прививка от информационной катаракты, которую можно подхватить в развивающихся странах с их мерзким агитпропом и новыми недофюрерами

Итого. Вторая часть трилогии Харари — «Homo Deus. Краткая история будущего» — это одна из книг, которая самым непосредственным образом повлияет на будущее человечества в планетарном масштабе. Легкость изложения, огромное количество разобранных трендов и построенных на них прогнозов впечатляют. Это заходит даже не натренированному интеллектуальным чтением жителю отсталых стран Африки или Дарницкого района столицы.

В целом вся серия Харари — это все еще сильно недооцененный труд, который хоть и подан в формате легкоусвояемой беллетристики, но может легко стать новой Библией или Торой. Да, сейчас эта книга не более чем функциональный сувенир, лежащий на столе участников рейтингов почившего в бозе украинского Forbes. Но, уверен, стоит Харари развестись со своим мужем и уйти в соседнюю пустыню, за ним в сорокалетний экстрим-тур прямо из офисов уйдет львиная доля его читателей. Уже как его паства.

Главное фото: Dawid A Iurino/Theguardian.com

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.