Современное украинское искусство – это сферический конь в вакууме или вполне сформировавшееся явление? Могут ли работы нынешних украинских мастеров быть не только предметом гордости, а и способом финансового инвестирования? Основатель фонда Zenko Foundation, поддерживающего и развивающего современное искусство в Украине, уверен, что без появления в стране открытого рынка предметов искусства это невозможно. Но готовы ли к новым рыночным отношениям сами художники?

 Leadership Journey (LJ): Зенко,как бы вы описали современное украинское искусство в его нынешнем состоянии?

 Зенко Афтаназив (З.А.): По-моему глубокому убеждению, искусство – это не только способ самореализации личности, а и некий промоушн своей страны. В этом смысле современное искусство имеет очень важное значение. У Украины богатая история, однако миру интересно, как мы живем сегодня. У нас много талантливых художников и скульпторов, которые понемногу начинают проявлять себя в Европе. К ним проявляют интерес, однако пока не до конца понимают, в каком ключе развивается современное украинское искусство. Одна из причин – закрытость отечественного культурного сообщества: мы почти не участвуем в международных образовательных мероприятиях и онлайн-платформах. Мне это напоминает массовое увлечение консервированием в советские времена, когда выращенные ягоды и фрукты мы превращали в компоты и варенье.

мы почти не участвуем в международных образовательных мероприятиях и онлайн-платформах

LJ: Вы считаете, наш «компот» интересен миру?

З.А.: Миссия нашего Клуба коллекционеров современного искусства как раз и состоит в том, чтобы продемонстрировать миру «фреш» – все самое свежее и новое в украинском искусстве. Хватит и того, что мы сами себя консервируем: отечественные учебные заведения не закупают работы современных украинских мастеров, с выставочными площадками тоже дефицит. Вот почему я вижу Клуб как плостранство, которое позволит коллекционерам вывести свои собрания в публичную плоскость.

LJ: Сколько коллекционеров насчитывает Клуб?

З.А.: Сейчас Клуб, который имеет зарегистрированный статус общественного объединения с утвержденным уставом и полномочиями, находится в стадии становления и насчитывает семь человек. На данном этапе это оптимальное количество, чтобы избежать сложностей в принятии стратегических решений. Клуб создан и растет постепенно: думаю, до конца 2019 года у нас будет не более 12 участников.

LJ: Как в Клубе появляются новые коллекционеры?

З.А.: Сразу хочу отметить, мы не закрытое объединение, в этом нет смысла, если мы говорим о популяризации современного украинского искусства внутри страны и в мире. Одно из условий вступления в Клуб – комфорт общения всех участников. Это как в ООН, где одна страна может наложить вето на ту или иную резолюцию. Комфорт общения очень важен, ведь мы не хотим, чтобы проявлялись чьи-то личные амбиции и приоритеты. Вступлению в Клуб предшествует подготовительный процесс. На этом этапе мы проводим различные культурные и образовательные мероприятия, на которых кандидаты могут пообщаться с действующими участниками объединения.

LJ: Какой вы видите концепцию Клуба: это закрытое сообщество коллекционеров или, скорее, образовательная платформа?

З.А.: Мы фокусируемся именно на современном украинском искусстве: это период с 1970-годов по наше время. В Клубе хотим видеть тех коллекционеров, которые готовы демонстрировать свои собрания широкому сообществу, в том числе на выставках за пределами Украины. Одна из целей объединения – создание платформы для общения молодых коллекционеров, которая позволила бы им почувствовать разницу между собирательством и, собственно, коллекционированием.

Расширение круга коллекционеров приведет к формированию рыночной стоимости предметов искусства в Украине

В перспективе расширение круга коллекционеров приведет к формированию рыночной стоимости предметов искусства в Украине. И это тоже одна из задач сообщества, ведь сейчас в стране почти не проводится открытых аукционов по современному украинскому искусству. Также Клуб должен стать прообразом музея современного искусства.

LJ: Музей – это звучит интересно. Что делает Клуб для его создания?

З.А.: Как и в любом значимом начинании, здесь немало сложностей. Многие сетуют, что в стране нет своего музея современного искусства. ОК, допустим, завтра появится подходящая площадка, но тут же встанет вопрос: из чего формировать экспозицию и по каким критериям отбирать работы? А самое главное – где их взять? Ведь далеко не факт, что в новообразованный музей косяком повалят украинские художники и станут дарить свои работы. Поэтому на данном этапе наша функция – создание исследовательской платформы экспертов, которая бы позволила очертить круг заинтересованных в создании такого музея.

LJ: Может быть, начать с отдельных выставок?

З.А.: Мы работаем и в этом направлении. Например, уже два года идут переговоры с Музеем современного искусства Жоржа Помпиду на предмет проведения там выставки современного украинского искусства. Этим проектом мы во весь голос заявим о себе всему миру: смотрите, вот есть такая страна Украина со своим самобытным и ярким искусством. Экспозиция выставки будет создана из частных украинских собраний, и сейчас полным ходом идет отбор произведений.

LJ: Когда должна быть сформирована коллекция для выставки?

З.А.: На данный момент состоялось несколько встреч наших коллекционеров с представителями музея Помпиду, а в начале июля в Украину пожалует его директор Бернар Блистен. Во время визита будет официально объявлено о подготовке проекта, а сам показ запланирован на конец 2020 года. Причем, это будет не выставка в расхожем понимании этого слова – отобранные работы будут переданы в дар фонду музея. Сотрудничество с музеем Помпиду – это выход на новый уровень. На базе музея постоянно действуют различные исследовательские платформы и лекционные курсы, и я надеюсь, что в ближайшие три–пять лет они появятся и у нас.

LJ: Какова процедура отбора работ для будущей выставки?

З.А.: Музей Помпиду не работает непосредственно с художниками, выставки формируются в сотрудничестве с частными фондами и коллекциями. Сама процедура довольно сложная и длительная: сначала кураторы отбирают работы, затем исследовательская группа проводит их оценку, а окончательный перечень утверждает комиссия в составе представителей других музеев Франции и министерства культуры.

Значение этой выставки сложно переоценить, ведь для Украины это отличная возможность зафиксировать себя на культурной карте мира. Для нашей молодой страны очень важна культурная идентификация в мировом культурном сообществе.

Фонд нацелен на популяризацию современного украинского искусства и программы, позволяющие вывести его на международный уровень

LJ: Чем занимается фонд Zenko Foundation?

З.А.: Фонд нацелен на популяризацию современного украинского искусства и программы, позволяющие вывести его на международный уровень. Это и стимулирование художников, и поиск новых талантов. Вообще, многие участники нашего Клуба, куда входят люди, не связанные с коммерцией в сфере искусства, занимаются похожей деятельностью – например, организовывают частные музеи современного искусства, как это произошло в Одессе.

LJ: Иными словами, фонд системно поддерживает современных украинских художников?

З.А.: Мне не нравится слово «поддержка», я бы назвал это сотрудничеством. С одной стороны, есть художник со своими работами, с другой – фонд, который позволяет ему позиционировать свое творчество через различные программы. «Вы не осознаете, каким богатством владеете», – сказали мне кураторы музея Помпиду, когда приезжали в Украину по приглашению фонда.

Это и есть цель и задача фонда – всеми возможными способами познакомить мир с богатством современного украинского искусства. Для этого мы приглашаем на выставки в Украине директоров и кураторов ведущих мировых музеев и арт-пространств. Один из примеров таких удачных программ – небезызвестная «Перманентная революция» (Музей Людвига, Будапешт, 2018). Также спонсируем различные проекты и инсталляции.

LJ: Как часто фонд проводит свои мероприятия?

З.А.: В столице фонд организует мероприятия на постоянной основе. Одна из локаций – Музей истории Киева, где мы реализовали несколько проектов. Один из них был посвящен молодым украинским художникам и охватил Киев, Львов и Харьков. Общаясь с коллегами, я понял, что есть высокая потребность сформировать перечень действующих в стране выставочных площадок по направленности каждой из них.

Обмен проектами между разными площадками пойдет на пользу украинскому искусству, ведь создание и проведение проекта в одиночку – это очень ресурсозатратный процесс.

LJ: Насколько глубокой может быть синергия между Клубом коллекционеров или другими подобными частными инициативами и государством?

З.А.: Проблема в том, что у нас каждые пять лет новое государство: меняется политика в сфере искусства, приоритеты и направления. Тем не менее я надеюсь, что в будущем на государственном уровне будет зафиксирован вектор на популяризацию современного украинского искусства. Как я уже говорил, это не только поддержка местных талантов, а и продвижение страны в мире. Тогда и создание музея современного украинского искусства перейдет из сослагательного наклонения в плоскость практической реализации.

LJ: Давайте поговорим о вашей коллекции. Как давно ее создали и почему сфокусировались на современном искусстве?

З.А.: С самого детства я был связан с украинским искусством. Живя во Львове, я постоянно общался с молодыми художниками и скульпторами. Эта атмосфера свободы и сформировала мое мировоззрение. Сперва коллекция создавалась для себя и была довольно разношерстной, но в один прекрасный момент я избавился от всего, что не вписывается в концепцию современного искусства.

Современное искусство – это интерпретация того, кем мы есть сегодня и как живем

Почему именно это направление? Непосредственное общение с художником, создавшим картину, обогащает намного сильнее, нежели коллекционирование работ давно ушедших мастеров. Ты словно заглядываешь в потаенное окно мира искусства, открыть которое тебе может только лишь сам мастер. Современное искусство – это интерпретация того, кем мы есть сегодня и как живем, это проявление нашего сегодняшнего мировоззрения.

LJ: Картины каких художников стали первыми приобретениями вашей коллекции?

З.А.: Если мы говорим не о собирательстве, через что проходит любой коллекционер, а именно о коллекционировании, то первые осознанные покупки случились в 2012 году – это были полотна таких интересных мне художников, как Александр Клименко, Олег Тистол и Виктор Сидоренко. Отдельно хотелось бы сказать о многогранности таланта художника и скульптора Виктора Сидоренко. У него есть работы 1980-х годов, по которым вообще не скажешь что это Сидоренко – настолько это разнообразный  мастер, с одной стороны академичный, с другой – абстрактный.

Я много общался с Александром Клименко, который интересен не только как художник, а и как эрудированная личность и серьезный искусствовед. У меня есть подборка его отличных работ того периода, когда в его творчестве наступил, так скажем, философский период.

LJ: Сколько картин в вашей коллекции сейчас?

З.А.: Моя коллекция насчитывает уже свыше 400 работ, причем каждые три месяца я меняю антураж квартиры, полностью обновляя свою домашнюю экспозицию картин. Интересно, что Александр Клименко – один из немногих, чьи полотна из раза в раз попадают на эту импровизированную выставку.

LJ: Кто из искусствоведов или художников помогает вам в формировании коллекции? К чьим рекомендациям вы прислушиваетесь?

З.А.: Кроме того же Клименко, могу назвать Виктора Сидоренко, в чьей мастерской я провел немало времени. Мы много общались, я советовался с ним по организации различных культурных проектов. Да и с тем же Олегом Тистолом мы провели немало часов в интересных беседах на темы искусства.

Кроме того, можно упомянуть Анатолия Криволапа, который на первый взгляд кажется малоразговорчивым, но на самом деле интереснейший собеседник. И здорово, что все эти люди – абсолютно разные, со своими взглядами и мировоззрением, но все любят искусство и являются профессионалами в своем деле. Из молодых художников можно упомянуть Романа Минина, Назара Билыка, Алексея Золотарева, Степана Рябченко.

LJ: Можно ли рассматривать современное украинское искусство как один из способов финансовых инвестиций, или мы еще не вошли в этот период?

З.А.: Для начала следует понимать, что мы подразумеваем под инвестицией. Допустим, у нас есть условные сто тысяч – эти деньги можно положить на банковский депозит и иметь свои небольшие проценты. Это простейший способ финансового инвестирования. А вот современное украинское искусство на нынешней стадии развития страны пока не может быть объектом инвестирования. Таланты у нас есть и немало, а вот открытого и прозрачного рынка предметов искусства как такового нет.

Работы худо-бедно продаются, но об этом знают лишь сами художники и узкий круг коллекционеров. Многие наши художники мечтают, чтобы их картины продавались по миру. Но если какой-либо зарубежный коллекционер или арт-агентство захотят получить представление о том или ином украинском авторе, они не найдут практически никакой информации в открытом доступе. Исходя из этого информационного вакуума сложится вполне логичный вывод: если этот художник не востребован у себя на родине, то он не будет интересен и в мире.

LJ: Как изменить это положение?

З.А.: С самого начала обретения Украиной независимости необходимо было становиться на рельсы цивилизованной торговли, принятой во всем мире. Аукционы – лучший и единственно правильный способ создания полноценного рынка предметов искусства и формирования адекватных цен на них. У нас в стране уже достаточно многообеспеченных людей, которые интересуются современным искусством и готовы в него инвестировать.

Парадокс, но как бы художники ни хотели появления в стране открытого рынка предметов искусств, они к этому сами не готовы

Однако первый же вопрос, который будет адресован автору или искусствоведу, – объясни, почему конкретное произведение стоит именно столько? Каков принцип ценообразования? И хотя искусство нельзя назвать товаром, здесь, как и в других сферах, цена зависит, в том числе, от спроса. А спрос формирует рынок. Парадокс, но как бы художники ни хотели появления в стране открытого рынка предметов искусств, они к этому сами не готовы, ведь при продаже своих работ официальным путем на тех же аукционах, им придется платить налог с каждой продажи.

Получается замкнутый круг. Все это подводит нас к очевидному выводу: сегодня в Украине искусство не может считаться объектом финансового инвестирования. Но это сегодня, а что будет завтра, никто не знает. Помните, что каждый в силе изменить статистику.

Фото: Светлана Левченко

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.